Притворные и подозрительные сделки. Сравнительный анализ

01.09.2009

Журнал «Слияния и поглощения», № 9’2009

«Притворные и подозрительные сделки. Сравнительный анализ»

Всякий раз, совершая сделку по приобретению или отчуждению какого-либо имущества, юридическое лицо (коммерческая организация) должно сопоставлять его цену по сделке с рыночной стоимостью. Ведь если окажется, что имущество передано по цене, существенно ниже или значительно выше его рыночной стоимости, такая сделка может быть оспорена, и к ней могут быть применены последствия недействительности сделки. А если подобная сделка совершена в преддверии банкротства компании, то ее руководители и контролирующие лица рискуют сами понести имущественную ответственность [1] наряду с компанией. Настоящая статья основана на анализе судебной практики и недавних изменений в законодательстве о банкротстве, вступивших в силу 4 июня 2009 года [2]. 

Понятие притворных и подозрительных сделок

На практике часто приходится сталки­ваться с вопросом - какой должна быть цена передаваемого по договору иму­щества? Обязательно ли она должна сов­падать с рыночной стоимостью и каковы риски ее занижения или завышения?

Особенно актуален этот вопрос при совершении сделок внутри одной группы компаний (например, при пе­рераспределении активов/долей учас­тия внутри группы в ходе ее реструкту­ризации), где сделки, по сути, пред­ставляют собой перекладывание из одного кармана в другой и соответст­вие договорных цен рыночным боль­шой роли не играет. В рамках настоящей статьи будут рассмотрены сделки, направленные на отчуждение имущества по заниженной стоимости, поскольку они представля­ют наибольший практический интерес. За продажу имущества компании по заниженной стоимости ее генераль­ный директор был привлечен к уго­ловной ответственности. Суд усмот­рел в его действиях использование лицом, выполняющим управленчес­кие функции в коммерческой орга­низации, своих полномочий вопре­ки законным интересам этой орга­низации, в целях извлечения выгод для себя и других лиц, что повлекло причинение существенного вреда правам организации [3].

С одной стороны, участники граж­данско-правовых отношений свободны в определении цены договора. Согласно п. 1 ст. 424 Гражданского кодекса Рос­сийской Федерации (далее - ГК РФ), ис­полнение договора оплачивается по це­не, установленной соглашением сторон. Однако, если стороны устанавлива­ют цену ниже рыночной, существует риск оспаривания такой сделки в суде.

Одним из основополагающих прин­ципов гражданского права является принцип эквивалентности в хозяй­ственных взаимоотношениях между его участниками. Хозяйственные общества являются участниками коммерческой деятель­ности, целью которых является систе­матическое получение прибыли. Отношения между ними должны но­сить возмездный характер, посколь­ку неравноценность обмена нару­шает указанный принцип [4]

Сделки с неравноценным встреч­ным представлением принято квали­фицировать в судебной практике [5] как притворные. ГК РФ называет притворной сделку, которая совершена с целью прикрыть другую сделку (п. 1 ст. 170). В таких сделках действительная во­ля субъектов получает иное выраже­ние. Поэтому притворная сделка сама по себе всегда признается абсолютно недействительной (ничтожной), а к сделке, которую стороны действитель­но имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 ГК). Прикрываемая сделка, в свою оче­редь, может быть действительной или недействительной. Чаще всего при­крывается незаконная сделка. Так, если одна коммерческая орга­низация продает другой коммерчес­кой организации имущество по явно заниженной цене (т.е. указанная в до­говоре цена в десятки раз отличается от рыночной, справедливой и разум­ной цены), то по действительной ры­ночной стоимости оплачивается лишь часть имущества, а остальная фактиче­ски передается безвозмездно [6], что сви­детельствует о прикрытии данной сделкой договора дарения [7]. Аналогичная ситуация возникает и при приобретении имущества по суще­ственно завышенной цене: часть стои­мости, превышающая рыночную стои­мость имущества, передается в дар другой стороне. В соответствии со ст. 575 ГК РФ даре­ние между коммерческими организа­циями запрещено и потому ничтожно. Ничтожная сделка является недей­ствительной независимо от признания ее таковой судом и недействительна с момента ее совершения (п. 1 ст. 166 и п. 1 ст. 167 ГК РФ). Таким образом, в рассматриваемых нами случаях как прикрывающая, так и прикрываемая сделки будут являться ничтожными со всеми вытекающими из этого негативными последствиями. Отчуждением имущества по занижен­ной цене прикрывается договор да­рения той части имущества, которая не покрывается платой за имущество. Причем такая сделка не может быть признана недействительной в части неоплаченного имущества, поскольку невозможно установить, какая кон­кретно часть имущества оплачена, а какая передана безвозмездно [8]. Благодаря недавним изменениям в законодательстве о банкротстве вопрос нерыночных цен в сделках приобретает особую актуальность для неплатежеспо­собных организаций и их кредиторов. Объективно говоря, данный во­прос становится актуальным также для всех остальных участников рынка в све­те нестабильной экономической ситуа­ции. Ведь никто не может дать гаран­тий, что в ближайшие один-три года он или его должник не будет отвечать признакам несостоятельности и что в отношении его не будет подано заяв­ление о признании его банкротом. В этом случае сделки должника с за­ниженной стоимостью, совершенные до подачи заявления о признании бан­кротом и отвечающие определенным признакам, могут быть оспорены в суде. До 4 июня 2009 года таким призна­ком являлся результат исполнения сделки: причинение убытков кредито­ру или должнику или возможность их причинения [9]. По этому основанию сделки с зани­женной стоимостью, совершенные не позднее 3 июня 2009 года, подлежат оспариванию, только если совершены с заинтересованным лицом. Очевидно, что данное условие зна­чительно ограничивает возможности по оспариванию недобросовестных сделок должников. В связи с этим в практике появи­лись попытки оспаривания сделок, на­правленных на "предбанкротное" от­чуждение имущества должника, на ос­новании ст. 170 ГК РФ как притворных, реже как сделок, совершенных с це­лью, противной основам нравственно­сти и правопорядка (ст. 169 ГК РФ), ли­бо как совершенных по злонамеренно­му соглашению сторон. Однако, как показала практика [10], данные нормы оказались малоэффек­тивны при оспаривании сделок неплате­жеспособных лиц с неравноценным встречным исполнением, поскольку су­ды зачастую признают за собственника­ми право отчуждения имущества по лю­бой цене, исходя из ст. 209 и ст. 421 ГК РФ. Чтобы восполнить указанные про­белы регулирования, законодатель предложил новый механизм оспарива­ния сделок должника. Он позволяет увеличить конкурсную массу должни­ка, а следовательно, повысить эффек­тивность мер принуждения к исполне­нию обязательств перед кредиторами. С 4 июня 2009 года в российское за­конодательство введен институт кон­курсного оспаривания сделок должника, направленных на отчуждение имущест­ва или принятие имущественных обяза­тельств, - подозрительные сделки [11]. Это понятие используется только в зако­нодательстве о банкротстве примени­тельно к оспариванию недействитель­ных сделок лиц, относительно которых принято заявление о признании долж­ника банкротом (далее-должник). Новые нормы об оспаривании по­дозрительных сделок распространя­ются только на сделки, совершенные с 4 июня 2009 года. К сделкам, совер­шенным не позднее 3 июня 2009 года, применяются правила ФЗ "О банкрот­стве" в прежней редакции. Законодательство различает две категории подозрительных сделок: 1) сделка с неравноценным встреч­ным исполнением обязательств (в том числе в случае, если цена и/или иные условия этой сделки сущест­венно в худшую для должника сто­рону отличаются от цены и/или иных условий, при которых в срав­нимых обстоятельствах соверша­ются аналогичные сделки), совер­шенная должником в течение од­ного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия заявления [12]; 2) сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущест­венным правам кредиторов (и в результате которой был причинен такой вред), и при этом другая сто­рона сделки знала об указанной цели должника к моменту ее совер­шения - если такая сделка была со­вершена в течение трех лет до при­нятия заявления о признании должника банкротом или после принятия заявления [13]. Сделки обеих категорий могут быть признаны судом недействитель­ными по иску уполномоченных лиц, т.е. являются оспоримыми. Как видим, притворные и подозри­тельные сделки (если говорить о сдел­ках с заниженной стоимостью) сходны по своему содержанию, целям и по­следствиям. Можно было бы даже предполо­жить, что подозрительные сделки явля­ются подвидом притворных. Только последние совершаются в процессе нормального гражданского оборота, а первые в период "предбан-кротной" активности. Однако в таком случае следовало бы признать подо­зрительные сделки ничтожными. Законодательство же, как указывалось ранее, признает их оспоримыми. Это значит, что подозрительные сделки могут остаться действительными, если уполномоченные лица не оспорят их в установленный срок. В таком случае возникает вопрос: если подозрительная сделка соответст­вует всем признакам притворной сдел­ки (т.е. ничтожна), но не оспорена в рамках процедуры банкротства, мо­жем ли мы считать ее действительной? Думается, что нет, поскольку соот­ветствие сделки признакам подозри­тельности не исключает ее соответст­вия признакам притворности, а следо­вательно, возможности оспаривания ее в общегражданском порядке как ни­чтожной.

Основания оспаривания сделок

Законодательство не содержит основа­ний, по которым могут быть оспорены притворные сделки. Однако судебная практика (весьма противоречивая в данном вопросе) са­мостоятельно выработала ряд крите­риев,на основании которых сделки могут быть квалифицированы как при­творные и в дальнейшем оспорены.

1) Стоимость имущества явно и суще­ственно занижена по сравнению с рыночной, справедливой и разум­ной ценой [14].

Суд признал сделку купли-продажи доли ничтожной, поскольку пришел к выводу, что ее договорная цена является явно и существенно зани­женной (более чем в 50 раз), что свидетельствует о прикрытии дан­ной сделкой договора дарения [15]. 

2) Стороны намерены передать иму­щество в качестве дара [16].

3) Стороны являются аффилирован­ными лицами, и поэтому им долж­но быть известно о существенном занижении стоимости имущества.

Суд признал недействительной сдел­ку по продаже недвижимости в три раза ниже ее реальной стоимости, поскольку установил факт злоупо­требления правом со стороны обоих контрагентов.

Так как стороны являлись аффили­рованными лицами, резюмируется, что им было известно о фактиче­ской стоимости имущества и ее нео­боснованном занижении [17]. Необходимо иметь в виду, что не­зависимо от правильности правового обоснования истцом своих требований суд обязан самостоятельно проверить соответствие договора ст. 575 ГК РФ, если истец заявляет о недействитель­ности договора ввиду занижения стои­мости реализованного имущества [18]. В таком случае суд вправе приме­нить последствия недействительности ничтожной сделки по собственной инициативе в соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 166 ГК РФ. В международной частноправовой доктрине принято выделять два крите­рия оспаривания подозрительных сде­лок: объективный (фактор наличия ущерба) и субъективный (намерение должника причинить вред другим кре­диторам и осведомленность об этом третьего лица). Оба этих критерия нашли деталь­ное отражение в новом российском за­конодательстве о банкротстве.

В римском праве выделялись три ос­нования для опровержения дейст­вий должника: объективный фак­тор наличия ущерба (eventus damni), субъективное намерение должника (consilium fraudis) и осве­домленность третьего лица о наме­рении должника причинить вред другим кредиторам (causa lucrative). Эти основания были заимствованы законодательством континенталь­ной Европы.

Сделка с неравноценным встреч­ным исполнением может быть оспоре­на по объективному критерию (в соот­ветствии с п. 1 ст. 61.2 ФЗ "О банкротст­ве"), если: 1) сделка совершена должником в те­чение одного года до принятия за­явления о признании банкротом или после принятия указанного за­явления; 2а) цена этой сделки и (или) иные усло­вия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при ко­торых в сравнимых обстоятельст­вах совершаются аналогичные сделки, или 2б) рыночная стоимость переданного должником имущества или осуще­ствленного им иного исполнения обязательств существенно превы­шает стоимость полученного встреч­ного исполнения обязательств, оп­ределенную с учетом условий и об­стоятельств такого встречного исполнения обязательств. Необходимо отметить, что недоб­росовестные стороны, предвидя воз­можность оспаривания сделки, могут "скорректировать" доказательства еще до возбуждения дела (стратегичес­кое поведение) в части установления равноценного исполнения обяза­тельств при их фактической неравно­ценности.

В таком случае, опираясь лишь на объективный критерий, доказать не­равноценность встречного исполнения на основании допустимых письменных доказательств может оказаться весьма затруднительным. В целях воспрепятствования ука­занному стратегическому поведению недобросовестных участников оборо­та законодательство предусматривает возможность оспаривания подозри­тельных сделок через доказывание умысла должника и кредитора умень­шить имущественную массу должника или скрыть ее от взыскания (субъектив­ный критерий оспаривания). Сделка с намерением причинить вред имущественным правам кредито­ров может быть оспорена по субъек­тивному критерию (в соответствии с п. 2 ст. 61.2 ФЗ "О банкротстве"), если в совокупности она: 1) совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления;2) в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов; 3) другая сторона сделки знала об указанной цели должника к мо­менту совершения сделки (при этом предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным ли­цом [19], либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника).

Наиболее сложным для доказыва­ния является факт наличия у сторон умысла, цели на причинение вреда имущественным правам кредиторов. Для упрощения доказательного процесса в законодательство введена совокупность критериев, при наличии которых умысел резюмируется. В США при оспаривании юридичес­ких действий должника была выра­ботана конструкция badge of fraud. Она предусматривает, что вина счи­тается доказанной при наличии оп­ределенных обстоятельств (напри­мер, должник скрылся, несостоя­тельность наступила сразу после передачи имущества и т.д., всего 11 признаков). По тому же пути пошел и россий­ский законодатель.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 ФЗ "О банкротстве" цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совер­шения сделки должник отвечал при­знаку неплатежеспособности или не­достаточности имущества и:

· сделка была совершена безвозме­здно или в отношении заинтересо­ванного лица, либо

· сделка направлена на выплату (вы­дел) доли (пая) в имуществе долж­ника учредителю (участнику) долж­ника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должни­ка, либо

· сделка совершена при наличии од­ного из следующих условий:

а) стоимость переданного имущества (принятых обязательств/обязанностей) составляет 20,0 и более процентов балансовой стоимости активов должника;

б) должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил связанные с имуществом документы;

в) после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал прямо либо косвенно владеть, пользоваться или распоряжаться им.

Итак, сходство критериев оспаривания притворных и подозрительных сделок с заниженной стоимостью оче­видно: в обоих случаях присутствуют как объективный, так и субъективный критерии оспаривания сделок.

Однако уровень проработанности этих институтов в законодательстве, а значит, и их жизнеспособность в пра­воприменительной практике сущест­венно отличаются.

Субъекты оспаривания сделок

Как уже отмечалось выше, притворные сделки являются ничтожными. Поэто­му право на судебную защиту по ним имеют только заинтересованные лица в силу п. 2 ст. 166 ГК РФ и ст. 200 АПК РФ. По смыслу этих норм заинтересо­ванность указанных лиц должна носить материально-правовой характер [20].

Лицо считается имеющим матери­альный интерес в деле, если оно требу­ет защиты своего субъективного права или охраняемого законом интереса, а предъявляемый иск является средст­вом такой защиты.

Субъектом, имеющим материаль­но-правовой интерес в признании сделки ничтожной, следует считать лю­бое лицо, в чью правовую сферу эта сделка вносит известную неопределен­ность и интерес которого состоит в уст­ранении этой неопределенности.

Иными словами - это лицо, право­вое положение которого претерпело бы те или иные изменения, если бы сделка на самом деле была действи­тельной. К этим лицам относятся прежде всего сами стороны ничтожной сделки.

Однако необходимо признавать таковыми и других лиц, чьи права мо­гут оказаться нарушенными как испол­нением сделки, так и одним только притворным ее существованием [21]. 

Согласно сложившейся судебной практике, истцами по оспариванию притворной сделки могут выступать:

1) сторона сделки [22], обычно продавец (например, от имени компании ее новый руководитель);

2) участник/акционер хозяйственного общества в случае, когда оспариваемая сделка общества является крупной или в совершении которой имеется заинтересованность [23].

По вопросу, имеют ли право участники/акционеры оспаривать не только крупные сделки и сделки, в совершении которых имеется заинтересованность, но и иные сделки общества, по­зиция судов противоречива.

Довольно часто встречается следу­ющая точка зрения: "Сучетом того, что законодатель защищает имуществен­ные интересы участников хозяйствен­ных обществ только в случае заключе­ния обществом крупной сделки или сделки с заинтересованностью, такие лица не вправе оспаривать договоры, прикрывающие дарение обществом своего имущества " [24].

Тем не менее, как показывает су­дебная практика [25], если участник/акци­онер общества сумеет доказать, что со­вершение обществом безвозмездной сделки по отчуждению имущества вли­яет на финансовое положение общест­ва и, следовательно, нарушает закон­ные интересы акционера [26], он может быть признан надлежащим истцом и оспорить сделку общества;

Иск акционера о признании недей­ствительной безвозмездной сделки акционерного общества по отчужде­нию своего имущества может быть удовлетворен, поскольку такая сдел­ка влияет на финансовое положение общества и, следовательно, наруша­ет законные интересы акционера [27]. 

3) налоговые органы - вправе предъ­являть в суде иски о признании сде­лок недействительными и взыска­нии в доход государства всего полу­ченного по таким сделкам [28].

Для обеспечения поступления в бюд­жет налогов в полном объеме нало­говый орган вправе предъявить тре­бование о признании совершенных налогоплательщиком сделок недей­ствительными как сделок с целью прикрыть другую сделку (притвор­ных), поскольку удовлетворение этого требования может способст­вовать реализации соответствую­щей задачи [29].

Что касается сделок, совершаемых в преддверии банкротства, то круг лиц, имеющих право на их оспаривание, не­сколько изменен в новых нормах зако­нодательства о банкротстве.

До 4 июня 2009 года требования о признании недействительными сде­лок, исполнение которых влечет или может повлечь причинение убытков кредиторам или должнику, мог предъ­являть только конкурсный управляю­щий на основании п. 3 ст. 129 ФЗ "О банкротстве".

Начиная с 4 июня 2009 года в круг лиц, имеющих право на оспаривание подозрительных сделок, входит кон­курсный управляющий и внешний уп­равляющий. Они могут подать в арбитражный суд заявление об оспаривании сделки должника от имени самого должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов (в соответствии со ст. 61.9 ФЗ "О банкротстве"). Следует отметить, что конкретные пра­ва по оспариванию подозрительных сделок у этих двух уполномоченных лиц отличаются. Так, конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника:

  • заявления о признании недействи­тельными сделок и решений, а так­же о применении последствий не­действительности ничтожных сде­лок, заключенных или исполненных должником;
  • иски о взыскании убытков, причи­ненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, вхо­дящих в совет директоров (наблю­дательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собст­венника имущества должника, лиц, действовавших от имени должника в соответствии с доверенностью, иных лиц, действовавших в соответ­ствии с учредительными документа­ми должника;

  • иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о растор­жении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предус­мотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми ак­тами РФ и направленные на возврат имущества должника [30].

Полномочия внешнего управляю­щего по оспариванию подозрительных сделок описаны в законодательстве не­сколько уже, чем у конкурсного управ­ляющего (см. п. 1 ст. 99 ФЗ "О банкрот­стве"). Иностранные правопорядки пре­доставляют кредиторам возможность обжалования действий и бездействия уполномоченных лиц при оспаривании (или неоспаривании) подозрительных сделок.

К сожалению, подобная норма не нашла отражения в новом регулирова­нии процедуры банкротства в России. Кредиторы имеют право лишь ини­циировать оспаривание подозритель­ной сделки через уполномоченных лиц путем принятия соответствующего ре­шения собранием кредиторов или ко­митетом кредиторов.

Лишь кредиторам по текущим пла­тежам предоставлено право обжало­вать действия или бездействие арбит­ражного управляющего, если они на­рушают их права и законные интересы (в соответствии с п. 4 ст. 5 ФЗ "О бан­кротстве ").

В связи с тем, что круг лиц, имею­щих право оспаривать подозритель­ные сделки, строго ограничен, остает­ся нерешенным следующий вопрос. Если такая сделка не оспорена в рам­ках процедуры банкротства, смогут ли кредиторы или иные заинтересо­ванные лица тем не менее оспорить ее на основании ст. 170 ГК РФ как при­творную?

Последствия оспаривания сделок

Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ, недействи­тельная сделка недействительна с мо­мента ее совершения.

Это правило распространяется как на ничтожную, так и на оспоримую сделку, признанную недействитель­ной.

Таким образом, каждая из сторон обязана возвратить другой стороне все полученное по сделке. А в случае не­возможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полу­ченное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) - возместить его стоимость в деньгах, если иные по­следствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Иными словами, стороны возвра­щаются в положение, в котором нахо­дились до совершения сделки (перво­начальное правовое положение).

Регулирование подозрительных сде­лок содержит ряд особенностей на­ступления последствий признания их недействительными.

Во-первых, определен состав иму­щества, подлежащий взысканию и воз­врату в конкурсную массу.

К такому имуществу относится все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействитель­ной [31].

В случае невозможности возврата имущества в натуре приобретатель возмещает не только действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, но также и убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, по правилам о неосновательном обогащении.

Во-вторых, взамен изъятого у при­обретателя имущества ему предостав­ляется право требования к конкурсной массе должника в размере встречного удовлетворения, предоставленного им за это имущество. Однако очередность удовлетворе­ния требований таких приобретателей отличается в зависимости от основа­ния оспаривания подозрительной сделки.

Если сделка была оспорена на осно­вании п. 1 ст. 61.2 ФЗ "О банкротстве" (по объективному критерию), такие требования подлежат удовлетворению в третью очередь. Если же сделка была оспорена на основании п. 2 ст. 61.2 ФЗ "О банкрот­стве" (по субъективному критерию), то требования приобретателя подлежат удовлетворению после удовлетворе­ния требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требо­ваний кредиторов.

Несложно заметить, что последст­вия оспаривания подозрительных сде­лок крайне невыгодны для кредиторов. Помимо того, что изъятое имущест­во на долгое время выбывает из оборо­та, а следовательно, дешевеет, креди­тор рискует вовсе утратить это имуще­ство, так как требования кредиторов, не удовлетворенные по причине недо­статочности имущества должника, счи­таются погашенными.

Сроки оспаривания

Требования о применении последст­вий недействительности притворной сделки могут быть предъявлены в тече­ние трех лет со дня, когда началось ис­полнение сделки (согласно п. 1 ст. 181 ГК РФ). Течение срока исковой давнос­ти по указанному требованию начина­ется со дня, когда началось исполнение этой сделки. В связи с тем, что ничтожная сделка не порождает юридических последст­вий, она может быть признана недей­ствительной лишь с момента ее совер­шения [32]. Срок исковой давности по требова­нию о признании подозрительной сделки недействительной и о примене­нии последствий ее недействительнос­ти составляет один год (согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ). Течение срока исковой давности по указанному требованию исчисля­ется с момента, когда внешний управ­ляющий (или конкурсный управляю­щий) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных ФЗ "О бан­кротстве " [33]. Совершая сделку с неравноценным встречным исполнением, компания несет также риск негативных нало­говых последствий. В соответствии со ст. 40 Налогового кодекса РФ, если цена по сделке от­клоняется в сторону повышения или понижения более чем на 20,0% от рыночной, налоговый орган вправе доначислить налог и пени, рассчитанные таким образом, как если бы результаты этой сделки бы­ли оценены исходя из применения рыночных цен.

Итак, в российском законодатель­стве существует два сходных типа не­действительных сделок:

• притворные как ничтожные

• и подозрительные как оспоримые.

Как видим, несмотря на существен­ные отличия по субъектам и последст­виям оспаривания, они имеют значи­тельное сходство по своим целям и ос­нованиям оспаривания.

Надеемся, что два этих института будут эффективно защищать права и интересы участников оборота. Их суще­ствование представляется обоснован­ным и созвучным позитивному опыту мировых правовых систем и современ­ному экономическому развитию.


[1] По таким сделкам , совершенным не позднее 3 июня 2009года, руководитель и члены органов управления (физические лица) могут быть привлечены к уголовной или административной ответственности в соответствии с п.5 ст.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 -ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) » (далее - ФЗ «О банкротстве»). А по сделкам , совершаемым начиная с 4 июня 2009 года, руководитель и контролирующие лица могут быть привлечены к субсидиарной имущественной ответственности по обязательствам должника в соответствии с п. 12 ст. 142 и ст. 10 ФЗ «О банкротстве».
[2] Речь  идет о Федеральном законе от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ », вступающем в силу с 4 июня 2009 года.
[3] Постановление ФАС Центрального округа от 4.06.2003 по делу № А23-3854-02Г-16-171.
[4] Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 04.10.2005 по делу № Ф08-4139/ 2005.
[5] Примеры соответствующих судебных решений будут приведены в разделе настоящей статьи об основаниях оспаривания сделок.
[6]Постановление ФАС Уральского округа от 20.07.2006 года по делу № Ф09-6143/06-С5.
[7] См., например: постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 06.11.2008 по делу № А32-5055/2007-55/38; от 17.10.2007 по делу № А22-155-07/4-20; от 29.09.2005  по делу № А32-2772/2005-47/20; от 04.10.2005 по делу № Ф08-4139/2005.
[8] Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 07.09.2005 по делу № А32-8181/2000-21/234-24/34-15/108-2003-26/426.
[9] В соответствии с п.2 ст.103 ФЗ о банкротстве.
[10] См., например: постановление ФАС Московской области от 21.12.2000 по делу № КГ-А40/5947-00, постановление ФАС Северо-Западного округа от 29.08.2000 по делу № А56-10540/00, постановление ФАС Северо-Западного округа от 05.06.2000 по делу № А56-19038/99, постановление ФАС Дальневосточного округа от 16.09.2004 по делу № Ф03-А24/04-1/2775.
[11] Статья 61.2 Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ».
[12] В соответствии с п. 1 ст. 61.2 ФЗ «О банкротстве».
[13] В соответствии с п.2 ст.61.2 ФЗ «О банкротстве».
[14] См. например : постановление ФАС Уральского округа от 20.07.2006 по делу № Ф09-6143/06-С5; постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 06.11.2008 по делу № А32-5055/2007-55/38; от 17.10.2007 по делу № А22-155-07/4-20; ОТ 29.09.2005 по делу № А32-2772/2005-47/20; от 07.09.2005 по делу № А32-8181/2000-21/234-24/34-15/108-2003-26/426.
[15] Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 06.11.2008 № А32-5055 /2007-55/38.
[16] Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 17.10.2007 по делу № А22-155-07/4-20.
[17] Определение ВАС РФ от14.01.2009 № 8207/08. 
[18] Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 15.01.2007 по делу № Ф08-6665/2006.
[19] Перечень лиц, являющихся заинтересованными , указан в ст. 19 ФЗ «О банкротстве».
[20] Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 28.07.2005 по делу № Ф08-3164/2005.
[21] Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 31.05.2006 по делу № Ф08-2302/2006.
[22] См. пример: определение ВАС РФ от 14.01.2009 № 8207/08; постановление ФАС Северо-Кавказского округа  от 01.09.2008 по делу № А22-155/07/4-20; постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 04.10.2005 по делу № Ф08-4139/2005; постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 06.11.2008 по делу № А32-5055/2007-55/38 и др.
[23] См. например: постановление ФАС Северо-Кавказского округа  от 03.05.2006 № А53022420/2005-15.
[24] См. например: постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 13.05.2006 по делу № А63-122/2005-С1; постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 17.06.2008 № А32-25312/2007-62/534; постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 22.01.2009 по делу № А32-17314/2007-62/400.
[25] См. например: постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 29.09.2005 по делу № Ф08-4472/2005; постановление ФАС Уральского округа от 20.07.2006 по делу № Ф09-6143/06-С5; постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 03.09.2008 по делу № А32-552/2008-55/6.
[26] Постановление ФАС Уральского округа от20.07.2006 по делу № Ф09-6143/06-C5.
[27] Постановление пленума  ВАС РФ от 18.11.2003 №19 «О некоторых вопросах  применения ФЗ «Об акционерных обществах » (п.38).
[28] Абзац 4 п.11 ст.7 Закона РФ от 21.03.1991 № 943-1 «О налоговых органах Российской Федерации».
[29] Абзац 5 п.6 постановления пленума ВАС РФ от 10.04.2008 № 22 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с применением ст.169 Гражданского кодекса РФ ».
[30] Пункт 3 ст. 129 ФЗ «О банкротстве».
[31] Статья 61.6 ФЗ «О банкротстве».
[32] См. например: постановление пленума ВС РФ № 6 , пленума ВАС РФ № 8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса РФ» (П.32), постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 01.09.2008 по делу № А22-155/074-20.
[33] В соответствии со ст. 61.9 ФЗ «О банкротстве».

Контакты

По всем вопросам, связанным с публикациями, новостями и пресс-релизами, пожалуйста, обращайтесь:

Ксения Соболева

Руководитель направления по PR и коммуникациям

подписка

Получайте новости об изменениях в законодательстве с экспертными комментариями наших юристов и обзоры актуальных юридических вопросов в соответствии с теми областями права, которые представляют для вас интерес.