12 признаков независимости: можно ли оценить самостоятельность третейского суда?

11.09.2013

Газета «Экономика и жизнь», № 34

Специалисты Арбитражного третейского суда города Москвы разработали для пользователей рекомендации по определению независимости третейских судов. «ЭЖ» попросила прокомментировать предложенную методику оценки представителю Министерства юстиции и практикующему юристу. Они сошлись во мнении о том, что больше внимания надо уделять независимости не суда, а его арбитров.

Михаил Гальперин, директор департамента экономического законодательства Министерства юстиции РФ: «Независимость не может быть измерена арифметически»

Отсутствие реальной независимости арбитров является одной из основных проблем третейского разбирательства сегодня. Без обеспечения независимости не может быть доверия общества к внесудебным способам разрешения споров в целом. Прежде всего речь должна идти о независимости конкретных арбитров не только от сторон спора, но и собственно от секретариата третейского института и его руководства, от учредителя третейского центра.
Проблема независимости в третейском суде не может быть решена установлением определенных критериев. Таких исчерпывающих критериев нет ни в одном законе или арбитражном регламенте стран с развитой системой третейского разбирательства. Невозможно заранее определить и сформулировать обстоятельства, которые могут повлиять на беспристрастность арбитра. Например, в Арбитражном регламенте ЮНСИТРАЛ предусмотрено раскрытие арбитром любых обстоятельств, которые могут вызвать сомнения в его беспристрастности и независимости. В течение всего процесса арбитр должен информировать стороны и других арбитров о возникновении новых таких обстоятельств. По итогам их оценки арбитру может быть заявлен отвод.

Таким образом, независимость не может быть измерена арифметически, это вопрос собственной репутации и профессионализма арбитра, наличия эффективного механизма раскрытия и оценки обстоятельств, которые могут повлиять на его независимость. Соответствующие требования в общем виде должны быть закреплены в законе.

Рустам Курмаев, партнер практики по разрешению споров юридической фирмы Goltsblat BLP, адвокат: «Независимым и уважаемым должен быть в первую очередь арбитр».

Оценивать независимость третейского суда по предлагаемым критериям стоит крайне внимательно и осторожно. Например, тот факт, что за историю работы суда не было выявлено фактов его аффилированности, еще не означает, что этого нет или никогда не случится. И даже то обстоятельство, что суд официально не создан при коммерческой структуре, совсем не гарантирует, что он является действительно независимой площадкой для рассмотрения споров. Приведу в качестве примера третейский суд, созданный при адвокатском бюро, в котором состоят некоторые юристы компании Goltsblat BLP. Если в данный третейский суд обратятся клиенты нашей компании, то формально ни бюро, ни суд никак не будут аффилированы с этими лицами — ведь договорные отношения у них с юридической фирмой Goltsblat BLP, а не с бюро, но в действительности многие арбитры из данного третейского суда при этом связаны с клиентами через компанию. В этой связи, дабы исключить любые возможные кривотолки, наши арбитры никогда не будут рассматривать споры, одной из сторон в которых выступают клиенты нашей компании. Со своей стороны, мы рекомендуем своим клиентам обращаться в этот третейский суд только в ситуации конфликта интересов, когда оказывается, что мы консультируем обе стороны спора. В этом случае данный третейский суд может оказаться подходящей площадкой для медиации. Самоокупаемость суда также кажется мне довольно слабым критерием. Более показателен размер третейского сбора, который должен обеспечить такую оплату труда арбитров, которая позволит привлечь в этом качестве действительно выдающихся людей своего времени: ведущих экспертов, ученых, профессиональных юристов, которые не будут рисковать своей репутацией из-за тридцати сребреников.

Если же суд устанавливает сравнительно низкий размер сбора, то нельзя быть уверенным в его независимости, ведь непонятно, кто в этом случае возьмется за рассмотрение спора и насколько внимательно он подойдет к делу. Правосудие должно быть дорогим и качественным, а размер сбора — сопоставим со стоимостью юридических услуг.

В значительной степени на этом строится репутация того же Лондонского международного арбитражного суда. По моим наблюдениям, учитывая стоимость юридических услуг в Москве, размер гонораров ведущих юридических фирм за участие в рассмотрении не самого крупного дела в одной инстанции составляет не менее 500 000— 800 000 руб. С учетом этого мне непонятно, почему государственная пошлина за рассмотрение дела в государственном арбитражном суде или размер третейского сбора могут составлять 10 000—15 000 руб. при условии, что дело рассматривается профессиональным юристом со значительным опытом и стажем. Непонятен для меня и критерий, связанный с консультированием истцов и ответчиков. Суды вообще не должны заниматься консультированием. Оказание консультации связывает, ведь за качество консультации, как за любую иную услугу, необходимо отвечать.
Сомнительным представляется и возвращение третейского сбора в случае отказа государственного суда в выдаче исполнительного листа, одним из оснований которого является «аффилированность». Предлагая это, создатели третейского суда ставят в себя в зависимость от государственного арбитражного суда. На мой взгляд, независимый и действительно профессиональный суд не должен ориентироваться на то, что скажет по поводу его решения государственный арбитражный суд, который его не контролирует и к тому же может оказаться коррумпированным.

Что касается рекомендаций бизнес-сообществ и государственных структур, то изучать их надо с критическим настроем. Там могут содержаться весьма аккуратные, уклончивые, ни к чему не обязывающие обороты. Например: «будет учтено предложение о включении третейской оговорки» или «принято решение о частичном включении третейского арбитражного суда в государственные контракты в качестве места рассмотрения споров». Можно ли это считать рекомендацией?

Также критично стоит подходить и к членству суда в некоммерческой организации — чтобы это стало серьезным аргументом в пользу выбора суда, надо изучать уже репутацию этой организации и условия приема и исключения ее членов. Может ведь оказаться, что ее адрес совпадает с адресом суда, а президентом является председатель суда. Какой вклад в подтверждение репутации третейского суда она может сделать в этом случае?

А вот возможность выбора судей действительно серьезный критерий независимости третейского суда. Но только в том случае, когда список арбитров не закрытый, а репутация арбитров безупречна и не вызывает сомнений у сторон спора. Выбирая третейский суд, я бы в первую очередь оценивал репутацию его арбитров и возможность обратиться именно к тому арбитру, которому я доверяю, поскольку независимым и уважаемым должен быть в первую очередь именно арбитр.

Контакты

подписка

Получайте новости об изменениях в законодательстве с экспертными комментариями наших юристов и обзоры актуальных юридических вопросов в соответствии с теми областями права, которые представляют для вас интерес.