"Я не ожидаю от реформы ГК каких-то серьезных, прорывных идей".

07.11.2011

В интервью "Право.Ru" Андрей Гольцблат, управляющий партнер Goltsblat BLP, рассказал, какую роль играет московский офис BLP в структуре глобальной фирмы, в каких рейтингах участвует его компания, прокомментировал громкие партнерские переходы, пояснил, почему не верит в судьбоносность реформы ГК, а также признался, что с Сергеем Пепеляевым ему нечего обсуждать.

В недавно вышедшем рейтинге Financial Times Law 50 ваша фирма вошла в пятерку самых инновационных. Поговаривают, что это чисто маркетинговый успех, признание ваших старых заслуг. Согласны?

— Думаю, здесь никакого маркетингового успеха нет, потому что рейтинг FT, на мой взгляд, достаточно справедлив и объективен. Любые маркетинговые усилия, которые не имеют за собой содержания, приведут лишь к пустой трате денег. Более того, если ты будешь продолжать без содержания вкладываться в маркетинг, через какое-то время просто разоришься, поскольку неподкрепленный контентом маркетинг — путь в никуда.

Но западные рейтинги часто критикуют за непонимание российской ситуации. Ни для кого не секрет, что многие зарубежные исследователи российского рынка работают по принципу: "вы нам что-нибудь расскажите, а мы потом решим, что важно, а что — нет". Могут ли они в таком случае судить о качестве работы фирмы?

— Что правда, так это то, что к любым рейтингам необходимо относиться критически, но при этом тщательно готовить информацию. Надо подробно рассказать, что ты из себя представляешь. Но если следовать вашей логике, то выходит, что Linklaters, Freshfields и подобные компании хороши лишь маркетингом. Я категорически не согласен с таким утверждением. Юридические услуги — это бизнес, продажи. А как можно продавать, не рассказывая о себе, о своем продукте, о своих юристах и практиках? Но для того, чтобы было, что рассказывать, нужен качественный продукт.

— А по какому принципу вы отбираете рейтинги, в которых участвуете, ведь подготовка каждой заявки — большой труд и значительные временные затраты прежде всего со стороны партнеров?

— Мы участвуем в признанных профессиональным сообществом и авторитетных рейтингах, к которым обращаются наши клиенты при выборе юристов в той или иной юрисдикции.

— Опрашиваете клиентов, какие рейтинги они смотрят?

— Нет, не опрашиваем. За 20 лет работы у меня сложилось свое понимание о качестве рейтингов, поскольку клиенты и партнеры, которым мы предлагаем услуги, частенько просят указать место фирмы в совершенно конкретных рейтингах.

— Если брать совокупность факторов, которые важны для клиента при выборе юридического консультанта, за 100 процентов, какова процентная доля рейтингов фирмы?

— Думаю, от 10 до 30 процентов. Но для разных клиентов по-разному.

— Российские рейтинги учитываются?

— Я не слышал, чтобы клиенты обращали большое внимание на российские рейтинги. Да их и нет, по сути дела. Попытка, которую предприняли вы (имеется в виду рейтинг "Право.Ru-300" — Право.Ru), — наверное, единственная более-менее серьезная. Все предыдущие рейтинги вообще ни о чем. По крайней мере, они не дают никакого понимания того, что из себя представляет конкретная юридическая фирма.

— По информации Legal Week, с мая 2010 по май 2011 года выручка BLP составила 229 млн фунтов, на 20% больше, чем в предыдущем финансовом году. Каков вклад российского офиса в эти цифры?

Мы за это время выросли на 25%, заработав $24 млн. В общем котле это приблизительно 7%.

— Какое место среди офисов BLP вы занимаете по финансовым показателям?

— По динамике развития и в абсолютных цифрах мы идем сразу после Лондона. Остальные офисы не такие масштабные. Но учитывайте, что международную экспансию фирма начала лишь около трех лет назад.

— Как юридически оформлен альянс Goltsblat и BLP?

Я являюсь партнером в глобальной компании BLP. У любого другого партнера Goltsblat BLP такие же условия работы.

— Другие партнеры московского офиса работают на таких же условиях?

— Да. Но знаете, здесь важнее не вопрос того, как юридически оформлено партнерство, а вопрос порядочности, культурности и этичного поведения по отношению друг к другу.

— За последний год имя Goltsblat BLP часто фигурировало в связи с громкими переходами юристов. Пожалуй, самый обсуждаемый — уход к вам партнера и руководителя налоговой практики Salans Евгения Тимофеева. Как это произошло?

— Евгения привлекли дух предпринимательства, царящий в Goltsblat BLP, возможность свободно реализовываться и успехи нашей фирмы за последнее время. Для нас же переход Тимофеева был шагом по реализации стратегии  создания полноценной налоговой практики в России.

— А переход в Goltsblat BLP Олега Хохлова и Олега Архипова — тоже целенаправленная реализация вашей стратегии?

— Да. Более того, мы продолжаем искать партнеров в финансовый сектор, так как просто обязаны развивать и продавать финансовые услуги. Без сильной банковской и финансовой практики юридическая фирма, на мой взгляд, неполноценна.

— Но одновременно с этим Goltsblat BLP покинул Максим Кульков, имеющий репутацию очень сильного литигатора, настоящей звезды. Не жалеете?

— Я не хотел бы комментировать его уход. Могу лишь пожелать Максиму удачи.

— Уже подыскали ему замену?

— Нет, я считаю, что замена не нужна, поскольку мы реструктурировали его практику горизонтально, без вертикальной подчиненности. И результаты этой реструктуризации, в том числе финансовые, уже видны.

— Вы целенаправленно нанимаете людей с опытом работы в ильфах?

— Нет, мы целенаправленно нанимаем людей, которые соответствуют нашему видению и пониманию того, что требует рынок, и той позиции, которую наша фирма занимает сегодня на рынке. Если такие люди оказались в ильфах, значит это просто совпало. Для того чтобы реализовать свою стратегию развития, нам, безусловно, нужны самые лучшие и самые сильные партнеры и юристы, которые есть на рынке.

— Ваша стратегия подразумевает лишь найм отдельных специалистов, или же вы присматриваетесь и к целым фирмам как к объектам для потенциального поглощения?

— Если на рынке появляется сильная фирма, мы смотрим на нее с этой точки зрения. Даже переговоры с отдельными компаниями уже вели.

— Какие области вам интересны?

— Прежде всего финансы, затем недвижимость, корпоративное право и судебные споры.

— Вы интересуетесь большими, средними или только мелкими фирмами?

— Небольшими. Мы не смотрим на монстров, так как объединение с ними на сегодняшний день для нас невозможно по финансовым соображениям и риска интеграции разных культур. А больше всего мне бы сейчас не хотелось культурной дезинтеграции, всегда следующей за крупными объединениями.

— Намекаете на объединение ЕПАМ и Magisters?

— Нет, это мировая практика. Для ЕПАМа это было стратегическим решением: они хотят стать лидером на рынке СНГ. У нас другая стратегия.

— Какие практики приносят вам основную выручку?

— Корпоративная практика, недвижимость и судебные споры.

— А какие практики в числе отстающих?

— Явных аутсайдеров нет. Немного проседала финансовая практика, что было связано с ее становлением, но сейчас она растет достаточно быстро.

— Вы говорили о горизонтальном взаимодействии между практиками, когда четкая вертикальная структура каждого отдельного направления размывается. Имели в виду рабочие группы?

— Да. Рабочие группы мы создаем по отраслям между практиками. Пример — антимонопольная рабочая группа, в которую входят не только юристы, которые формально состоят в антимонопольной практике, но и другие специалисты.

— Вы активно участвовали в дискуссиях вокруг реформы ГК. Зачем вам это нужно?

— Хотелось поделиться своим опытом и создать более комфортные условия работы как для бизнеса, так и для юристов. Хотя, к сожалению, я не ожидаю от реформы ГК каких-то серьезных, прорывных идей. Возможно, для физических лиц, для бытовых сделок какие-то полезные нормы и правила будут заложены, но не для бизнеса.

— Почему?

— Разработчики пока против включения в ГК англо-саксонских институтов корпоративного права.

— Как строятся сегодня ваши отношения с Сергеем Пепеляевым? Чуть больше года назад вы судились с ним из-за доменного имени, однако в конце концов помирились. Сейчас общаетесь?

— Нет. Какие могут быть отношения с людьми, которые не выполняют соглашений?

— Это вы о чем?

— В том числе о бренде "Пепеляев, Гольцблат и партнеры". У нас была договоренность, что в случае разделения бизнеса ни одна компания не будет использовать этот бренд, но Пепеляев умудрился целый год после моего ухода проработать под вывеской "Пепеляев, Гольцблат и партнеры". Собственно, это и стало последней каплей, которая привела к судебному спору, который вы вспомнили.

— Кто первым предложил мир?

— Когда конфликт дошел до суда, Пепеляев тут же согласился подписать мировое соглашение и предложил его.

Контакты

По всем вопросам, связанным с публикациями, новостями и пресс-релизами, пожалуйста, обращайтесь:

Ксения Соболева

Руководитель направления по PR и коммуникациям

подписка

Получайте новости об изменениях в законодательстве с экспертными комментариями наших юристов и обзоры актуальных юридических вопросов в соответствии с теми областями права, которые представляют для вас интерес.