Новые критерии аффилированности. Интервью Андрея Гольцблата на канале РБК-ТВ в программе "Строева. Дело".

26.02.2014

Мария Строева: Российское правительство рассматривает 2 подхода к определению аффилированности.  Ведомости сегодня сообщили, что им известна последняя версия изменений, содержащихся в письме Минэкономразвития. В Гражданский кодекс будут включены либо все основные критерии аффилированности, либо ее краткое определение, при этом, подробности будут определены в законах «Об акционерных обществах» и «Обществах с ограниченной ответственностью».

В итоге, сообщает издание, Минэкономразвития согласилось на то, что собрание акционеров не будет рассматривать сделки дочек с материнской структурой, а родственники членов правлений и советов директоров не будут считаться аффилированными. При этом, крупный бизнес уже выступил против расширения признаков аффилированности, поскольку есть опасность, что снизится роль совета, а недобросовестные миноритарии смогут шантажировать компании. В итоге, сообщает издание, Минэкономразвития согласилось на то, что собрание акционеров не будет рассматривать сделки дочек с материнской структурой, а родственники правлений и членов советов директоров не будут считаться аффилированными с компанией.  Но у суда при этом сохранится возможность самостоятельно установить аффилированность при недобросовестных согласованных действиях. Будем разбираться. У нас в гостях Андрей Гольцблат, Управляющий партнер юридической фирмы Goltsblat BLP. Здравствуйте! Спасибо, что пришли.

Андрей Гольцблат: Добрый день.

Мария Строева: Когда мы читаем о том, что против выступил крупный бизнес, понятно, что это не консолидированное мнение, видимо, были игроки, которые за это выступили. Тем не менее, видимо, следует ожидать ужесточения правил, потому что аффилированность во многом мешает.

Андрей Гольцблат:  Аффилированность некоторым мешает, а некоторым помогает. Я думаю, что мы должны начать с того, что аффилированность достаточно широко используется в праве. Это не только вопросы корпоративных взаимоотношений между миноритариями и мажоритариями, но это еще и вопросы антимонопольного и налогового законодательства. Поэтому принципиально я бы согласился с тем, чтобы в Гражданском кодексе не пытаться детализировать аффилированность, что крайне вредно и неполезно, поскольку применение тогда в судах  будет несовсем адекватным с точки зрения других отраслей права. Поэтому здесь я, наверное, соглашусь с теми, кто старается ограничить в Гражданском кодексе пределы аффилированности и перенести это понятие в отраслевое законодательство, а там уже прописать его детально. Если мы сейчас говорим о корпоративных взаимоотношениях, а статья в Ведомостях все же о корпоративных взаимоотношениях, то это надо подробно расписать в законе «Об акционерных обществах». Точно также надо дать определение (у нас есть в антимонопольном законодательстве) аффилированности в налоговом законодательстве. В том числе если мы будем бороться с недобросовестными офшорами, тоже нужно будет вводить свое понятие аффилированости.

Мария Строева:  Вы же знаете, что борьба с офшорами это тоже история.

Андрей Гольцблат: Борьба с недобросовестными офшорами. У нас есть добросовестные офшоры.

Мария Строева: В том то и дело. У нас постоянно звучит «борьба с офшорами», и это некорректно и неправильно, потому что офшоры - это легальная история, почему бы легально и в рамках законодательства не использовать эту схему.

Андрей Гольцблат: Почему бы не использовать?

Мария Строева: Совершенно верно!

Андрей Гольцблат: Есть крупнейшие международные компании, публично торгуемые, где нет мажоритарного акционера. Они все распределены между акционерами. Холдинг может находится в какой-нибудь юрисдикции, например, в Панаме. Они так структурированы. Они платят все налоги в России. Они даже не смогут поменять структуру, если сильно захотят. Поэтому,  работая над деофшоризацитей, нельзя не учитывать добросовестных  налогоплательщиков, добросовестный бизнес, который так работает по всему миру, иначе мы выплеснем ребеночка вместе с водичкой.

Мария Строева: Был ли мальчик. А главное, что мы друг друга прекрасно понимаем. Бывают такие смешные дни. И зрители понимают. Значит, очень важный момент, как Вы правильно сказали, четко разграничить. Для этого все, действительно, должно быть прописано так, чтобы не оставалось возможности трактовать двояко. Если мы говорим о том, что в Гражданском кодексе должно быть дано краткое описание, что там должно находится.

Андрей Гольцблат: Чтобы это не могли истолковать как-то по-другому.

Мария Строева: Конечно!

Андрей Гольцблат: Мое личное мнение, что в Гражданском кодексе должно быть записано следующие: вопросы аффилированности определяются отраслевым законодательством в каждом конкретном  случае. 

Мария Строева: То есть, фактически отсылкой? Иначе не ясно, что такое «короткое описание».

Андрей Гольцблат: У нас же Гражданский кодекс дает общее определение. Как мы может дать общее определение аффилированности на все случаи жизни.

Мария Строева:  То есть либо даем полное определение, либо не даем никакое.

Андрей Гольцблат: Либо мы в разделе Гражданского кодекса, который говорит об обществах и об акционерных обществах, даем раздел «aффилированность» и там прописываем, а потом уточняем это в законе «Об акционерных обществах». Но я считаю, что в Гражданском кодексе вообще не надо пытаться изобрести аффилированность. Это бесперспективный труд. Почему так много споров? Потому что там не определяется оно. Я бы оставил эти бесперспективные попытки определить аффилированность в Гражданском кодексе и начал бы работать над отраслевым законодательством, в данном случае, над законом «Об акционерных обществах».

Мария Строева: Каким образом должно быть сформулировано это понятие, с Вашей точки зрения, с точки зрения юриста, для того, чтобы и миноритарии и мажоритарии были довольны.

Андрей Гольцблат: Довольным никто никогда не будет.

Мария Строева: Поэтому мы должны выбрать, кто будет недоволен.

Андрей Гольцблат: Смотрите, мы должны исходить из того, на каком этапе экономического и правового развития находится страна, на каком этапе политического понимания ситуации с миноритариями и инвестициями. Мы исходим из того, что Россия на сегодняшний день является страной, где есть определенная  и очень большая доля крупных государственных компаний, есть и огромная доля компаний негосударственных, частных, но, тем не менее, где мажоритарии, действительно, являются крупнейшими. Не пять и не двадцать процентов, а семьдесят или восемьдесят. Поэтому с точки интересов этого сектора экономики, желательно (почему они на этом настаивают) узкое определение аффилированности, а не широкое, как того хотело изначально Министерство экономики. Министерство экономики исходит из других интересов: если мы хотим привлечь инвестиции в Россию, если мы действительно заинтересованы в том, чтобы миноритарии чувствовали себя комфортно, покупая акции российских компаний, нужно обеспечить их интересы и защитить. Если определение широкой аффилированности защищает интересы миноритариев, то  Министерство экономического развития хочет это соответствующим образом пролоббировать. При этом, у нас появляется огромная группа крупных компаний, которой не интересно широкое определение аффилированности, потому что тогда они погрязнут в корпоративных согласованиях, акционерных собраниях и так далее. В мире это решение, конечно есть. Оно зависит от юрисдикции, от страны. Например, дочка владеет материнской компанией: ее голоса не будут учитываться, как правило, в принятии решений. Или, при этом, будет существовать очень жесткое и детальное регулирование того, как в этом случае будут учитываться или не учитываться голоса. Мы, наверное, должны к этому стремиться. Потому что нам важно, чтобы акции компаний торговались, покупались, и в них вкладывались деньги. Но нам, во-первых, нужно увеличить free-flow компаний, которые торгуются на ММВБ и, в том числе GD, которые торгуются в Лондоне и Америке, а затем уже думать о защите миноритариев. На сегодняшний день объем российского рынка, торгующегося на ММВБ, равен дневной торговле Apple на NASDAQ. Поэтому, с этой точки зрения, я согласился бы с тем, что сейчас надо дать возможность крупным компаниям нарастить капитал, развиться, а потом выпустить больше акций в свободное обращение и защищать миноритариев, тем самым расширяя аффилированность.

Мария Строева: Правильно я Вас понимаю, что в таком случае через некоторое время   теоретически можно было говорить о покупке.

Андрей Гольцблат: Обязательно, принимая тот или иной закон, мы должны исходить из того, где находится государство, где находится экономик, и кто является основным ростом или сегментом этого экономического роста. На сегодняшний день это крупнейшие государственные компании, о которых мы говорим.

Мария Строева: То есть фактически, говоря о поправках, касающихся предмета и критерия аффилированности, с Вашей точки зрения, нужно исходить все-таки из понимания того, что у нас сильное проникновения государства на рынок.

Андрей Гольцблат: Конечно, должны быть приоритеты, стратегии экономического роста, стратегия соответствующего законодательства.

Мария Строева: Правда, все время меняются подсчёты.

Андрей Гольцблат: Министры меняются и подсчеты, но а что делать? Рано или поздно в правильном направлении выплывем.

Мария Строева: Вот сейчас Вы отличную вещь сказали: рано или поздно выплывем в нужном направлении.

Андрей Гольцблат: Это диалектика и развитие общества.

Мария Строева: Мне очень понравилось, спасибо. Я запомню. Спасибо огромное. Андрей Гольцблат, Управляющий партнер юридической фирмы Goltsblat BLP был у нас в гостях. Не переключайтесь. Мы продолжим через пять минут после выпуска новостей.

Андрей Гольцблат: Спасибо и до свидания.

Мария Строева: Спасибо.

Контакты

По всем вопросам, связанным с публикациями, новостями и пресс-релизами, пожалуйста, обращайтесь:

Ксения Соболева

Руководитель направления по PR и коммуникациям

подписка

Получайте новости об изменениях в законодательстве с экспертными комментариями наших юристов и обзоры актуальных юридических вопросов в соответствии с теми областями права, которые представляют для вас интерес.