Интервью Елены Трусовой, партнера практики по разрешению споров Goltsblat BLP в эфире программы «Формула права» на Финам ФМ.

15.08.2013

Ведущая: Доброе утро, уважаемые радиослушатели. В эфире «Формула права», с Вами я, Анастасия Брайчева, и обсуждаем мы сегодня несколько необычную, на мой взгляд, тему, по крайней мере, тема, которая, с правовой точки зрения, не очень часто рассматривается. Говорим мы о правовом регулировании блогов, но, естественно, в сети Интернет. У меня в гостях Елена Трусова, партнер практики по разрешению споров и интеллектуальной собственности Goltsblat BLP.

Елена Трусова: Здравствуйте!

Ведущая: Добрый день! Смотрите, на самом деле блоги, а что такое блоги? Как их воспринимать? Как средство массовой информации, как некое явление, которое не должно регулироваться или должно регулироваться в рамках правовой структуры, правовой системы, что это такое?

Елена Трусова: Если мы говорим о текущем правовом регулировании, то законодательного определения «блога» не существует. Если же мы говорим просто об обычном понимании, что такое «блог», то «блог» - это своего рода электронный, частный дневник, который предоставляется для чтения другим людям, где хозяин блога может делиться своими впечатлениями, выкладывать фотографии, получать комментарии, высказываться по любым вопросам, поскольку у нас в стране действует принцип свободы слова. В отношении того, должно ли быть какое-то специальное законодательное регулирование блогов, сказать сложно, потому что надо, наверное, уточнить, о каких именно аспектах деятельности блогов идет речь. Если мы говорим об обычном блоге, которых тысячи, а может быть десятки тысяч, то это, как правило, частная страничка, не очень-то и популярная, с несколькими сотнями читателей, где действительно кто-то повседневно рассказывает о своей жизни, что вот сегодня я был там-то, видел то-то, делится с друзьями какими-то мыслями. Я думаю, что здесь нет нужды в особенном регулировании. Однако есть такое явление, как популярные блоги, блоги так называемых тысячников, то есть, я имею в виду ситуацию, когда блог становится общественной площадкой, когда каждый день туда заходят тысячи людей, когда их ведут очень популярные люди: журналисты, писатели, политики. И довольно часто происходит естественным образом смена функции блога из частного дневника, из уютной жжешечки, как любит говорить Артемий Лебедев, он превращается уже в своего рода информационный ресурс.

Я не хочу намеренно употреблять термин «средство массовой информации», назовем это «информационным ресурсом». Многие блоггеры проводят опросы общественного мнения, используют свои блоги для организации каких-то акций: это может быть массовый поход, например, на шашлыки, но также это может быть и предложение о митинге. С помощью блогов распространяются какие-то идеи, высказываются гражданские позиции. Есть еще такая интересная проблема как «реклама в блогах». Ну поскольку для частных дневников не существует ограничения, установленных законодательством о рекламе, то никто не запрещает в своем небольшом дневнике высказать мнение о каком-то спиртном напитке, о лекарстве, о каком-то впечатлении от нового чая и, пока речь идет о каком-то маленьком частном дневнике, это большого влияния на общественное мнение не оказывает и какого-то, наверное, эффекта, который стоит регулировать на законодательном уровне не создает. Если же, например, мы говорим, о блогах-тысячниках, как я уже сказала, известных журналистов, писателей, бизнесменов, то их высказывания в отношении того или иного товара или той или иной услуги имеет уже значительный эффект.

Ведущая: Елена, значительный эффект может быть как положительным, так и отрицательным. Если мы говорим о рекламе, то реклама – это положительный эффект, стремление привлечь внимание к товару или услуге, но может быть все наоборот. То есть может быть намеренная антиреклама. Вот это тоже сейчас никак не регулируется, кроме как общим положением Гражданского кодекса?

Елена Трусова: Специального регулирования для блогов нет. К блоггерам, если блог не зарегистрирован в качестве средства массовой информации, применяются обычные нормы Гражданского кодекса. В случае распространения не соответствующей действительности информации, которая имеет порочащий характер, могут быть применены обычные меры ответственности.

Ведущая: Какие?

Елена Трусова: Компенсация морального вреда, требование об удалении этой информации. Пожалуй, из действенных мер, которые применяются – это все.

Ведущая: То есть каждый день, больше тысячи человек могут прочитать в поисковой системе информацию, обнаружив это, человек стандартно идет в суд, судится, и даже если у него этот процесс будет успешным, он при этом, потратит на это, несколько месяцев. И каждый день несколько тысяч человек могут смотреть эту информацию.

Елена Трусова: Совершенно верно, но проблема репутационных исков - общая, как для интернет среды, так и для печатных источников, так и для других иных источников распространения информации. Дело в том, что многие истцы отказываются от обращения в суд с исками о защите чести и достоинства их деловой репутации, по той причине, что сам факт ведения процесса становится причиной неослабевающего внимания к той самой порочащей информации, которую хотелось бы прекратить распространять. И вы совершенно верно отметили, что у нас пока пройдет первая инстанция, пока пройдет апелляционная инстанция, экспертиза… Пройдет по меньшей мере несколько месяцев. И все это время, порочащая информация будет доступна, и она будет обсуждаться.

Ведущая: Опровержение в блоге можно сделать? Или это касается только СМИ?

Елена Трусова: Специальный порядок, внесудебный, когда обязанность средства массовой информации предоставить право на ответ, право на опровержение, пока что существует только для СМИ. Там, соответственно, есть такие требования, что ты можешь не обращаясь в суд, обратиться в СМИ с таким требованием. Потребовав размещение информации в том же месте, с тем же шрифтом, точно так же, как была размещена информация порочащая. Такого специального внесудебного порядка в отношении блогов нет. Через суд ты можешь попробовать сформулировать подобное требование.

Ведущая: И кто-то скажет, что это не соответствует статье 12 Гражданского кодекса. Не предусмотрен такой способ защиты прав. К сожалению, с таким приходится сталкиваться. У меня не было ни одного дела по блогам. Суд идет жестко, по узкой колее, скажем, и если ты просишь защитить права, у нас вроде бы не запрещается, могут быть иные способы защиты права, суд говорит таких способов нет.

Елена Трусова: Дело в том, что репутационные иски сами по себе, это одни из самых оценочных исков, где внутреннее убеждение судьи имеет особенно важное значение, потому что все важнейшие элементы этого иска не имеют точных формулировок, не имеют точных определений. Что такое порочащая информация? Что такое утверждение о факте? А что такое оценочное высказывание? Потому что сейчас, в общем, все стали грамотными, пишут : «По моему мнению, можно обоснованно предположить, из обстоятельств можно достаточно обоснованно сомневаться». То есть каждый раз какая-то острая информация «предваряется» подобного рода языковыми конструкциями, и получается, что в случае предъявления исков, можно сказать – а это было оценочное высказывание, это не было утверждением о факте. А у нас при теперешнем регулировании, порочащая информация может быть признана именно утверждением о факте, а не какое -то субъективное высказывание.

Кстати говоря, возвращаюсь к тому, что вы сказали, к вопросам о рекламе. Сейчас происходит интересное сращивание рекламной проблемы и проблемы порочащей информации, потому что я знаю ряд случаев, которые привлекли внимание блогосферы. Когда блоггер, недовольный услугами авиакомпании или почтовой службы, открыто объявлял им войну, и сообщал, что я буду публиковать всю порочащую информацию, которую найду о вас до тех пор, пока вы не улучшите качество, пока не решите мою проблему или не решите, вообще, общую проблему. И надо сказать, в ряде случаев это было эффективно, если верить блоггерам.

Но в ряде случаев это повлекло судебные споры. В частности, авиакомпания спорила с известным блоггером как раз в рамках репутационного иска. Ну и я думаю, что далее при развитии блогосферы, при появлении новых популярных блоггеров-тысячников, вот такая группа репутационных исков, возникшая из антирекламы в блоге, она будет увеличиваться.

Ведущая: На самом деле, здесь мы еще только чуть-чуть поговорили, хотя первая часть подходит к концу, но тем не менее, у меня возникает стойкое ощущение, что блоги, либо особо популярные, скажем, пусть это будет не семейные, маленькие блоги, все же выходят на некий социальный уровень…

И так, мы продолжаем обсуждать сегодня тему правовое регулирование блогов, у меня в студии, Елена Трусова, партнер практики по разрешению споров и интеллектуальной собственности Goltsblat BLP. Итак, Елена, мы обсуждали такие темы, что популярных блогов, несмотря на то, что они законодательно никак не регулируются, не являются СМИ, но тем не менее уже приобретают некую значимость в силу того, что каждый день их читают. Вы назвали их «тысячниками», соответственно, тысяча людей. Интересно, что затронули тему о рекламе, об антирекламе. У меня такое впечатление, что все таки, какое-то правовое регулирование оно требуется. Как вы считаете? Есть ли подвижки в этом направлении?

Елена Трусова: Вопрос довольно сложный, потому что, честно говоря, мне кажется, что в настоящее время прировнять блоги к СМИ и автоматически распространить законодательство о средствах массовой информации на блоги, было бы неправильно. Даже по той простой причине, что очень трудно определить критерии, при наличии которых какой-то определенный блог должен быть отнесен или приравнен к средствам массовой информации, даже если этот блог популярный, даже если у него тысячи читателей, но если функционально он не превращен хозяином блога в какую-то информационную площадку, где постоянно публикуются общественно значимые посты, то нет никаких причин приравнивать его к средствам массовой информации.

Например есть блоггеры ставшие тысячниками в силу того, что они пишут забавно и остроумно, просто в силу того, что они живут интересной жизнью. Например, питомник содержат для лечения морских котиков или есть блоггеры, которые прекрасно фотографируют и выкладывают фотографии частного характера, или фотографии природы, довольно странно приравнивать их к средствам массовой информации. Дело в том, что законодательство о средствах массовой информации предполагает совершенно иной объем ответственности, чем ответственность частного лица, который ведет блог. На мой взгляд, нет правовых причин взять и огульно прировнять.

Ведущая: Елена, предположим, у вас есть условный блог, который совершенно не касается ни рекламных моментов, вот «этих» острых моментов, о которых мы говорили, никакой общественной значимости не хочется предавать дневнику, но, тем не менее, это сегодня. На сегодняшний день это так, у него есть тысяча читателей, он делает что-то интересное. Либо у него интересный язык, либо он показывает интересные вещи, свои фотографии, все что угодно, рассказывает о своей жизни. Но завтра он опубликует некую статью, записку в своем блоге, которые те же самые тысячи прочитают. Этот момент перехода зависит исключительно от желания блоггера, потому что у него уже есть наработанная аудитория, которой он в принципе интересен, и в данный ситуации, если блоггер не публикует ничего социально значимого, он просто интересен совершенно другими вещами, то вряд ли он будет распространять рекламу, вряд ли он будет порочить честь и достоинство. Какая бы не была ответственность, это к нему не будет применяться.

Елена Трусова: Да, вы совершенно правы, в любой момент любой актер может стать бунтовщиком. Собственно говоря, сейчас отсутствует в законодательстве даже определение электронного дневника, к сожалению, нет какого-то уже имеющегося правового института, который можно было бы распространить на блоги. Я, пожалуй, соглашусь с вами, законодательное регулирование блогов, как явление нужно, но придётся его начинать с самого начала, с нуля, учитывая все особенности интернета, и бережно сохраняя свободу, которую мы так ценим в интернете, бережно сохраняя возможность свободного яркого обмена информацией, потому что при неосмотрительном жестком регулировании можно получить такой эффект, который, наверное, не хотелось бы получить. Дело в том, что блогосфера и интернет, и твиттер, и какие-то социальные сети, они сейчас стали источником нового гражданского правосознания, если выразиться высокопарно, они объединяют людей, которые пытаются образовать то самое гражданское общество, о котором так много говорили. Они являются площадками для обсуждения острых политических и общественных вопросов, а ведь это необходимо для того, чтобы в обществе была свобода слова, для того, чтобы в обществе была живая политическая общественная жизнь, и очень не хотелось бы, чтобы неосмотрительно контролирующее запретительное регулирование убило бы вот эту живость общения. В то же время, действительно, то, о чем я говорила вначале - проблема бесконтрольной рекламы лекарств, бесконтрольной рекламы алкоголя или бесконтрольной рекламы каких-то иных опасных товаров или услуг. Да, наверное, нужно вводить какое-то законодательное регулирование, но не распространять автоматически нормы о СМИ на блоги.

Ведущая: Мы сейчас с Вами ведем программу и участвуем в программе «Формула права», а эта программа 16+, соответственно, перекладывая на блоги, закон о защите детей от негативной информации. Обязан ли блоггер, интернет-ресурс каким-либо образом помечать свой блог с точки зрения защиты детей, с точки зрения этого закона?

Елена Трусова: Специальной нормы, которая обязывает блоггера делать пометки в каждом посте, что там «не для детей», не один на весь блог – нет. Внутренними правилами сайтов, на которых можно вести блог, предусмотрено ограничение на размещение информации, в том числе и связанное с тем, что информация не должна быть опасной для несовершеннолетних, либо соответственно требуют вывешивать специальные предупреждения, то есть сейчас это происходит на уровне не законодательного регулирования, а на уровне обычая делового оборота внутренних правил сайта. Возвращаясь к тому, что обсуждали, например, есть в законодательстве о СМИ норма о том, что не допускается распространение высказываний, содержащих нецензурную брань. Если же посмотреть на некоторые блоги, и я имею ввиду, конечно, лучшую ситуацию, что блоги, которые ведут знаменитые писатели, они часто содержат нецензурную брань, причем скажем так нецензурная брань выполняет художественную функцию, эмоционально-художественную функцию, потому что является неотъемлемой частью их художественных произведений. Я думаю, что если теоретически приравнять блоги таких писателей к СМИ, то выходит, что мы просто лишимся творчества этих писателей, потому что, конечно, не должны туда заходить несовершеннолетние, но в то же время получается, что публиковать такие книги и продавать их в книжных магазинах будет можно, а размещать те же самые рассказы или повести в блогах будет нельзя, поэтому это очень сложный, опасный вопрос, связанный с регулированием блогосферы и интернет-сферы. Регулирование нужно, но сначала надо обозначить определения: что такое блог, что такое популярный блог, при наличии каких критериев применяется специальная ответственность, а уже потом переходить к системе запретов, ограничений и к специальным мерам ответственности, потому что ни в части 4 гражданского кодекса, ни в законе о СМИ сейчас, к сожалению, нет универсальных норм, которые можно было бы автоматически применить в блогосфере.

Ведущая: А идет какое-то движение в этом направлении?

Елена Трусова: Судя по тем обсуждениям, которые сейчас ведутся, да, движение идет, например в Казахстане решили эту проблему в весьма жестком ключе..

Ведущая: Запретили блоги?

Елена Трусова: Нет, приравняли блоги к СМИ. У нас в России можно зарегистрировать свой блог в качестве СМИ добровольно. Но в то же время пока что каких-то законопроектов, более менее оформленных законодательных инициатив нет, но недавно вызвало большое общественное внимание публикация в Ведомостях, в которой было написано, что якобы обсуждаются законодательные инициативы, связанные с автоматическим приравниванием блогов к СМИ. Но впоследствии оказалось, что какой-то конкретной инициативы, которая может превратиться в ближайшее время в законопроект, нет. То есть скорее сейчас есть понимание в обществе, что какое-то регулирование нужно, что-то нужно делать, что-то нужно предпринимать, но каких-то идей, которые можно было бы в деталях обсуждать, на мой взгляд, пока нет.

Ведущая: В процессе нашей беседы, у меня получается следующее: у нас, с одной стороны, существует свобода самовыражения и особая свобода, которая у нас существует в Интернете, которую хочется сохранить, как Вы сказали. С другой стороны, существуют и те люди, которые могут оказаться как читателями этих блогов, так и невольными участниками. Читатели - те кто читает и могут прочитать рекламу, реклама у нас бывает не только открытая: я рекламирую, вот в качестве рекламодателя выступает такая компания, или такой-то бренд. А это может быть какая-то скрытая реклама, когда человек просто делится какими-то впечатлениями, зная, что у нее огромное количество читателей. У нас есть только гражданский кодекс, который в данной ситуации, скорее всего, субъективно, сейчас уже говорю свое мнение, не защитит человека, потому что мизерное количество людей, будучи опороченными в блоге, пойдут судится далеко не все. Даже если кто-то это сделает, не обсуждая конец процесса, его результат, это занимает достаточно большое количество времени, влечет расходы.

Елена Трусова: Да, Вы совершенно правы, это проблема, потому что, представьте, что где-то в блоге появляется порочащая информация, явно оскорбительного характера, а блоггер популярен. И уже прочитали. Допустим даже истец написал письмо администрации сайта, написал письмо лично блоггеру, начался суд, и даже блоггер может сделать такой же ход, сказать: «Ну хорошо, я удаляю.» Но поскольку это особая интернет-среда, то в блогах его читателей остаются копии этой информации. А если блоггер сделает достаточно прозрачный намек: «Ребята, поддержите меня.» То этой информацией будут заполнены все комментарии, все блоги.

Ведущая: Итак, мы продолжаем обсуждать сегодня тему «Правовое регулирование блогов», у меня в гостях Елена Трусова, партнер практики по разрешению споров и интеллектуальной собственности Golstblat BLP. Мы обсуждали как раз вопрос о том, каким образом можно защитить свои права, если опорочили человека или деловую репутацию, или бренд, или все что угодно, и негативная ложная информация размещена в таком популярном блоге.

Елена Трусова: Вот по этому поводу у меня есть идея, мне она кажется вполне здравой. Дело в том, что сейчас не существует эффективного механизма, который позволяет быстро удалить информацию, размещенную на том или ином сайте, блоге, социальной сети. Те процессуальные нормы, которые у нас есть сейчас, предполагают, что ты подашь иск, суд рассмотрит этот иск, вынесет решение. Ты, конечно, можешь попытаться попросить обеспечительные меры …

Ведущая: Насколько это вероятно?

Елена Трусова: Это не очень вероятно, то есть, скажем так, в моей практике, а я все-таки представляла интересы многих истцов и ответчиков по репутационным искам, обеспечительные меры в этих делах принимаются крайне редко. Мне кажется, было бы хорошо ввести какую-то специальную норму, которая обязывала бы администрацию социальной сети или сайта в случае возникновения репутационных споров с использованием каких-то IT способов, с использованием способов позволяющих отслеживать размещение информации избежать создание новых копий, порочащей информации.

Ведущая: Запретить цитирование.

Елена Трусова: Нет, не запретить. Здесь, конечно, вопрос на стыке права и IT технологий, и, скажем так, чтобы у истцов была возможность подать в суд ходатайство, естественно, при условии привлечения в качестве третьего лица администрации сайта, чтобы у них была возможность что-то сказать, ходатайство о возложении обязанностей на администрацию сайта, администрацию социальной сети, то есть на того, кто способен это сделать с технической точки зрения. Возложить обязанности на время спора, до разрешения этого спора. Обеспечить невозможность создания копии этой порочащей информации и ее удаление из того источника, в котором она была размещена. Я знаю, что это технически, насколько я понимаю, довольно сложно, потому что например, если десятки тысяч аккаунтов, то придется их как-то проверять.

Ведущая: Как для диссертации, например.

Елена Трусова: Ну да, как для диссертации, позволяющей отследить куски этого порочащего текста и позволить блокировать их в каком-то автоматическом режиме. Однако, предлагая это, я отлично понимаю, что если бы сейчас появилась такая поправка, она бы вызвала массу дискуссий, потому что это сразу было бы воспринято как введение цензуры в интернете, посягательства на гражданские свободы, потому что многое зависит от формулировок. Любая идея может быть реализована разумно и здраво с какими-то ограничениями, с необходимыми оговорками, либо она может быть реализована в таком «Николаевском» ключе - «тащить и не пущать». Поэтому, скажем так, с подобного рода идеями требуется работа на очень высоком уровне законодательной техники. Но что-то делать надо, потому что сейчас у человека нет возможности защититься, в случае если его честь и достоинство опорочены в интернете на каком-то сайте.

Ведущая: В судах очень часто для того, чтобы понять насколько обоснованно подан иск, производится соответствующая экспертиза, т.е. даже суд, рассматривая дело, назначает такую экспертизу. А если мы говорим о досудебной экспертизе, то первое, что мне приходит в голову, это 1 августа вступил анти-пиратский закон и, в общем, некие процедуры придуманы для видеоматериалов, которые нарушают авторские права. Если сделать некую аналогию, но применить ее не с точки зрения видеоматериалов, а с точки зрения нарушения личных прав или деловой репутации. Но в данной ситуации проблема заключается в том, что даже судам требуется экспертное мнение, мнение человека, имеющего глубокие познания во многих ситуация, что говорить о сайте, на котором расположен этот блог. Один говорит, размещена порочащая информация, и это утверждение. Другой говорит, что это мое мнение и она не порочит, и это ваши проблемы. Разобраться здесь без суда практически невозможно, или как Вы считаете, какой-то внесудебный механизм здесь все же может быть?

Елена Трусова: Давайте я про внесудебный механизм скажу чуть позже. Я просто хотела бы отметить очень интересные изменения правового подхода, которые произошли в рамках этого нового анти-пиратского закона, и которой по аналогии может быть когда-либо использован при правовом регулировании блогов. Дело в том, что довольно долго существовал такой подход при формулировании каких-то таких досудебных запретов, например, при рассмотрении ходатайств об обеспечительных мерах. Когда кто-либо просил, например, давайте заблокируем доступ к какой-то информации, давайте, например заблокируем доступ к фильму или музыке или к той же самой порочащей информации в рамках обеспечительных мер, т.е. когда еще решения нет, то суды отказывали. Они говорили, что дело в том, что вы просите совпадает с вашими исковыми требованиями, и, по сути дела, нужно выпустить какой-то запрет еще до того, как дело разрешено по существу. И с точки зрения всех правовых традиций процессуального права и материального права, такой запрет был разумным и обоснованным. С чем же связаны изменения такого подхода в рамках анти-пиратского закона?

Мне кажется, что оно связано как раз с тем, о чем мы говорили до этого, что интернет – особая информационная среда, позволяющая распространять информацию очень быстро, позволяющая создавать множество копий, и здесь уже этот консервативный подход, когда давайте сначала дождемся экспертного мнения, а давайте сначала разрешим дело в первой инстанции или сначала в апелляции его разрешим, а потом уже будет возможность что-то предпринять, она уже приводит к некоему дисбалансу интересов, когда для того, чтобы добиться реального эффекта, для того, чтобы добиться защиты права, для того, чтобы прекратили порочить твою честь, чтобы прекратили нарушать авторские права, нужно ждать несколько месяцев, а все это время это будет происходить. Как правило, к истечению этого срока, когда наконец-то какое-то решение получено, это уже не актуально, это уже как новогодняя елка в апреле. Поэтому здесь возможен отход от традиционных принципов. Что касается какой-то досудебной процедуры, то думаю, что да, она возможна. Досудебная процедура была возможна бы с участием администрации сайтов, на которых размещаются блоги. Возможно, стоило бы прописать на уровне закона возможность для истца, который считает, что честь затронута или его права нарушены, сначала прийти к администрации, подать письменное заявление. Но, в общем-то, здесь можно было бы воспользоваться международным опытом в отношении таких процедур ведения диалогов.

Ведущая: Расскажите, пожалуйста.

Елена Трусова: Если мы говорим, например, о защите авторских прав, то есть такая процедура DMCA, которая считается достаточно разумной и которой многие придерживаются. В отношении каких-то процедур, связанных с защитой чести и достоинства деловой репутации, я на что-то подобное сослаться не могу. Единственное, что я могу отметить, что даже во многих каких-то публичных высказываниях интернет-компании, которые имели место в течение последних 4-5 лет, часто высказывали такие идеи, что мы готовы вести диалог, мы готовы реагировать на какие-то жалобы и претензии, что мы против огульных запретов, но мы за разумную политику, которая будет охранять интересы наших пользователей и интересы третьих лиц. Но, к сожалению, высказывания есть, а реальной возможности защитить свои интересы нет. Потому что все-таки во многом администрация сайтов придерживается скорее политики того, чтобы сохранить свою пользовательскую аудиторию.

Ведущая: Кроме всего прочего, если какой-то горячий материал, то совершенно не важно, этот материал опорочит кого-то и что там будет в будущем, не важно сегодня. Они сегодня его читают, сегодня увеличивают свою аудиторию, и в общем и целом, такого рода увеличения аудитории на негативе в интересах владельцев и администрации ресурса.

Елена Трусова: Конечно, чем больше аудитория, тем больше ценность ресурса.

Ведущая: Вопрос заключается в следующем: наш закон о рекламе существует, причем он имеет массу ограничений для специальных видов товаров. Вы уже говорили об этом, это могут быть лекарственные средства, это может быть алкоголь, это могут быть игры, основанные на риске, пари, лотереи и что-то еще, есть ряд специфических требований рекламы отдельных видов товаров и услуг. Когда мы говорим о блоге, мы можем что-то из этой области говорить или это просто пока еще область, которая никак не урегулирована. Меня это интересует с двух позиций, со стороны читателей блогов и со стороны авторов блогов.

Елена Трусова: Вы имеете в виду, что может ли блоггер быть признан рекламным распространителем в смысле закона, и могут ли к нему быть применены какие-то ограничения и запреты, ответственность. Если судить по имеющейся сейчас правоприменительной практике? Нет.

Ведущая: А были прецеденты?

Елена Трусова: Нет, насколько мне известно, каких-то попыток, например, привлечь к ответственности блоггера за недобросовестную, неэтичную рекламу, не было. Потому что достаточно трудно провести границу между частным высказыванием, «а вот я сегодня заказал доставку из известного магазина, прекрасно ребята сработали», и какой-то уже целенаправленной рекламы, которая размещается за деньги, по заказу, потому что если ты частное лицо, то твоя отчетность непрозрачна, финансовые взаимоотношения непрозрачны, сам факт того, что кто-то заказал тебе размещение рекламы недоказуем. Т.е. по сути дела, получается, что опять явление есть, а правоприменительной практики убедительной нет. И в то же время, опять же, огульно признавать блоги рекламораспространителями оснований нет. Кто его знает, может действительно это такой классный магазин, ребята классно сработали, а человек просто поделился своим мнением, не намереваясь рекламировать что-то по заказу.

Ведущая: Я согласна с вами, что здесь тонкая грань. Одно дело, когда члены семьи, которые посещают твой личный блог или твои друзья просто смотрят, где вы были, на фотографии людей, которых, к сожалению, нет возможности видеть каждый день, и с ними можно поделиться, мы это можем и на кухне сделать и сказать, а вот мне понравился такой-то магазин, такой-то товар, такое-то лекарство. Мы это делаем всегда в жизни, общаемся и что-то обсуждаем. Кому, что понравилось, это не реклама. Но, с другой стороны, когда у такого рода высказываний, как вы говорите, тысячи пользователей, тысячи читателей в данной ситуации, то это налагает определённую ответственность на автора, на мой взгляд. Т.е. если у автора блога, он настолько интересен людям чем-то своим, то у него уже должна быть какая-то повышенная не законодательная, но социальная ответственность, получается. Правильно ли я понимаю, что это в любом случае ничем не регулируется? Есть она – хорошо, нет – тоже хорошо.

Елена Трусова: Нет, сейчас нет никаких специальных норм, относящихся к деятельности блоггеров в области рекламы, мы уже об этом говорили. Более того, кстати, в отношении социальной ответственности, есть такая группа популярных блоггеров, которая говорит, «да, мой блог популярен, я честно говорю, что я решил использовать это в коммерческих целях. Те посты, которые я публикую как рекламные, я буду как-то помечать «на правах рекламы» или еще как-то иначе». А есть группа блоггеров, которая все еще продолжает публиковать посты под видом, что это личные впечатления, хотя посты, по сути дела, являются заказными. Было несколько скандалов, я имею ввиду, скандалы, связанные с обнажением намерений этих блоггеров, когда даже публиковалась какая-то закрытая частная переписка между заказчиком рекламы и самим блоггером, озвучивались расценки, за которые тот или иной блоггер готов что-то опубликовать, но, насколько мне известно, никаких правовых последствий это не повлекло. Т.е. здесь мы опять возвращаемся к нашему общему тезису, что регулирование нужно, но в настоящее время нет комплекса норм, которые можно автоматически распространить на блоггеров. Т.е. получается, что нужно еще и в этой области придумать какие-то специальные правовые институты, так, чтобы они по-разному применялись к блогам популярным, и к блогам, так скажем, обычным, средним.

Ведущая: Итак сегодня мы обсуждаем тему «Правовое регулирование блогов» и у меня в гостях Елена Трусова, партнер практики по разрешению споров по интеллектуальной собственности Goltsblat BLP. Тем не менее, Елена, мы обсуждали с вами вопрос, он с самого начала такой красной нитью идет в нашей программе, что некое регулирование нужно, но оно настолько должно быть тонким, чтобы, с одной стороны, не убить свободу интернета и свободу общения, чем интернет в принципе привлекателен и замечателен, а с другой стороны, все-таки защитить права людей или компаний, которые здесь каким-то образом могут быть замешаны. Начиная от авторских прав, кстати, вы сегодня говорили о том, что есть блоги, которые не преследуют совершенно никаких социальных целей, просто человек что-то умеет делать хорошо, живет интересной жизнью, у него что-то интересное, например, фотографии. Человек выкладывает свои фотографии, но точно так же можно свои фотографии увидеть в каком-то из чужих блогов, и у нас здесь начнется спор уже непосредственно об авторстве какой-то размещенной в блоге фотографии и т.д. Т.е. здесь должна быть некая очень тонка грань между защитой прав и регулированием, в том числе ответственности, и наоборот, защитой прав самих блоггеров в плане свободы самовыражения, путем написания дневника. Как вы считаете, каким образом это все-таки можно реализовать или пока никак?

Елена Трусова: Вы совершенно верно выразили мою мысль, что здесь главная проблема это баланс между тем, чтобы сохранить свободу в интернете и тем, чтобы защитить права людей, которые эти блоги читают, принимают за чистую монету рекламные сообщения и права людей, чья честь и достоинство затронута, и мы свами совершенно не поговорили о защите интересов самих блоггеров.

Ведущая: Но на секунду к анти-пиратскому закону, там же тоже есть ряд моментов правовых, которые позволяют злоупотреблять. Как это будет применяться - посмотрим, еще не очень много времени прошло, но тем не менее, такое существует. То же самое здесь. Известный, популярный блоггер, например, написал свое мнение о ком-то, при чем мнение у нас не карается, это не ложные и порочащие факты и т.д., но тем не менее, другой человек может использовать это для того, чтобы, например, заблокировать его ресурс, например, если выбрать запретительные меры.

Елена Трусова: Да, верно. И поэтому при выработке вот этого нового правового института, т.е. совокупности правовых норм, которые будут применяться к блогам, нужно выслушивать обе стороны.

Ведущая: Кто это должен делать? Суд, администрация портала, где ведется блог?

Елена Трусова: Есть достаточно традиционный законодательный процесс, когда сначала какие-то законопроекты формируются представителями каждой стороны, чьи интересы затронуты.

Вы затронули сразу несколько вопросов. Я постараюсь коротко по каждому из них что-то сказать. Если речь идет о распространении информации, которая соответствует действительности, но является порочащей, то у нас сейчас специальной ответственности за распространение такой информации нет, только общий принцип запрета вмешательства в частную жизнь. Т.е. у нас в ГК упомянуто, что охраняемые материальные блага, частная жизнь и можно попытаться предъявить иск основываясь на том, что было вмешательство в частную жизнь, потребовать возмещения морального вреда, удаление информации. В моей практике ни одного такого дела успешного не было, возможно, кто-то и выиграл. Теперь в отношении того, на чью сторону все-таки встать, кого защищать - человека или блоггера. Это как раз, возвращаясь к тому, что я говорила об обеспечительных мерах, что раньше нельзя было просить какой-то досудебный запрет, совпадающий с предметом иска. Вот скажем возьмем те же самые газеты. Если опубликована порочащая статья в газете, никто не станет сразу же перепечатывать ту же самую статью в десятках других газет, никто не выпустит печатные комментарии. Вот в чем отличие. Дело в том, что интернет он резко изменил этот вот баланс. И получается, что при тех условиях, что есть в интернете, когда порочащая информация множится, множится и множится, то, пожалуй, можно все-таки пойти на этот досудебный запрет и ограничить доступ к этой информации, которая пока что еще не известно порочащая она или нет, но этот вопрос уже находится в суде, оценивается, т.е. уже есть какое-то сомнение, хотя бы вот в пределах каких-то процессуальных сроков. До разрешения дела в первой инстанции, либо, если речь идет о досудебной процедуре, до оценки администрации сайта аргументов каждой из сторон, потому что иначе, если не предпринять этих мер, то, в принципе, судебный процесс становится бессмысленным, человек не получает результата, защиты своих прав.

Ведущая: Последний вопрос о денежной компенсации. Как Вы оцениваете их размер?

Елена Трусова: Вы имеете в виду по репутационным искам? Скажем так, если смотреть всю историю, с момента когда у нас в общем-то появились более или менее современные нормы в гражданском кодексе, то все-таки суммы компенсаций увеличиваются, становится больше решений в пользу пострадавшей стороны, суды начинают более творчески мыслить, и я думаю, что эта тенденция сохранится в будущем, будут увеличиваться суммы компенсаций морального вреда.

Ведущая: Елена, спасибо огромное. Думаю и мне, и радиослушателям было интересно. Мы обсуждали сегодня правовое регулирование блогов.

Контакты

По всем вопросам, связанным с публикациями, новостями и пресс-релизами, пожалуйста, обращайтесь:

Ксения Соболева

Руководитель направления по PR и коммуникациям

подписка

Получайте новости об изменениях в законодательстве с экспертными комментариями наших юристов и обзоры актуальных юридических вопросов в соответствии с теми областями права, которые представляют для вас интерес.